|
This page will include Russian-language excerpts/text relating to the DON-2N radar, as well as the original links, to preserve them in case of “link rot”. |
|
(LINK TO LOW QUALITY THUMBNAIL) Проект системы противоракетной обороны А-135 (РТЦ-181) 1971 года |
https://www.toge.ru/smf/index.php?topic=4326.0
Драгош Анатолий
Станиславович
|
https://web.archive.org/web/20140328011603/http://www.rti-mints.ru/rls-pro/Открытое
акционерное
общество
|
https://veterans.priozersk.com/node/3720РЛС "ДОН-2Н": Разработки на вес золотаАвтор "...В ЦРУ советских создателей цифровой аппаратуры объявили гениями" Настоящую статью главного инженера ДМЗ (1984-1999), лауреата Государственной премии УССР в области науки и техники, почетного радиста СССР, опубликованную в Газете "Военно-промышленный курьер" (№№ 39-41), передал в редакцию сайта ветеран полигона, лауреат Ленинской премии, полковник Рубаненко Ю.В. = = = = = = = = = = = = = = = = = = = = "Совершенствование системы противодействия воздушно-космическому нападению вероятного противника потребовало от создателей основного информационного комплекса системы ПРО Москвы и Центрального промышленного района решения сложнейших задач научного, технического и организационного порядка" Владимир КОСТРЖИЦКИЙ Справиться с некоторыми из них в заданные сроки оказалось проблематично. Далее стало очевидно, что достижение результатов потребует значительных усилий больших коллективов ученых, конструкторов, технологов, производственников и военных. Успеха можно было достигнуть в том случае, если ЦНПО «Вымпел», Минрадиопром СССР и комиссия союзного Совмина обеспечат высокую организацию научного поиска и тесное взаимодействие всех участников создания МРЛС. И это получилось. Уникальность задачи заставила искать нетривиальные подходы и неординарные решения. Сотрудники Радиотехнического института АН СССР (ныне им. А. Л. Минца) и главный конструктор МРЛС Виктор Слока начали вести исследования по всем функциональным направлениям. Часть проблем и связанных с ними работ – изготовление аппаратуры опытных образцов, штатной аппаратуры локатора и автоматических контрольно-испытательных станций противоракет 51Т6 и 53Т6 (АКИПС) – напрямую касалась ПО «Днепровский машиностроительный завод» (директор Леонид Никифорович Стромцов). Предприятие было назначено головным исполнителем радиоэлектронной аппаратуры МРЛС «Дон-2Н». Из пяти аппаратурных частей комплекса четыре предстояло изготовить на ДМЗ. Работы над аппаратурой передающей активной фазированной антенной решетки (АФАР) и цифровой обработки радиолокационной информации (спецвычислитель) стали крупными НИОКР межотраслевого уровня. РЕНТАБЕЛЬНОСТЬ СОВЕТСКОЙ «ОБОРОНКИ» Этот заказ для предприятия был крайне важным. Являясь головной производственной базой ЦНПО «Вымпел», завод не был избалован серийным выпуском продукции – в цехах ДМЗ изготавливали большое количество единичных образцов штатной аппаратуры уникальных РЛС систем ПРО, ПРН, ККП и ПКО по конструкторской документации главного конструктора (КД ГК). Это существенно сокращало сроки и финансовые затраты на создание РЛС, но негативно влияло на эффективность использования научно-технического и производственного потенциала госпредприятия. Поэтому, готовясь к выпуску аппаратуры для «Дон-2», заводчане оказывали серьезную поддержку разработчикам документации в макетировании и испытаниях техники. Вхождение в проект потребовало преобразования заводских активов и подготовки кадров. Термин «изготовление» в данном случае следует воспринимать лишь как направление продвижения работ, так как процессу выпуска штатной аппаратуры, который длился около пяти лет, предшествовали годы напряженной подготовки производства, реконструкции действующих мощностей, разработки и внедрения новых технологий, создания уникальных рабочих мест для изготовления, настройки аппаратуры и комплексных испытаний функционально законченных устройств (ФЗУ). Противодействие средствам технической разведки вероятного противника стало серьезной инженерной задачей. Для испытания аппаратуры РЛС требовалось создание помещений с гарантированным ослаблением радиоизлучения до уровня минус 95 dB. Практики создания промышленных сооружений такого уровня в отрасли не было. Заводские специалисты разработали несколько проектов экранированных камер площадью 800–1600 кубометров для настройки аппаратуры локатора и технический проект модернизации одного из подземных испытательных залов (более 10 тысяч кубометров, это около пяти километров радиогерметичного сварного шва) для настройки аппаратуры и комплексов АКИПС-23Д6 и АКИПС-24Д6. За полтора года эти помещения ввели в эксплуатацию. Однажды генеральный конструктор Борис Бункин посетил испытательный зал АКИПС на ДМЗ и, увидев технический уровень сооружения и производственные возможности предприятия, заявил, что на заводе созданы все условия для серийного изготовления аппаратуры РЛС, ее комплексов, и он будет вносить это предложение министру. Не секрет, что на ДМЗ всегда стремились получить доступ к производству серийной продукцию любого уровня сложности. Однако приоритет системы ПРО оказался выше. Бытует мнение, что на создание новой техники в СССР денег не жалели. Да, для оборонных программ высшей государственной важности отпускались значительные средства, но контроль был жесточайший. Финансирование программ НИОКР начиналось только после обстоятельного научно-технического обоснования затрат и заключений независимых экспертов. Ценообразование продукции было под жестким наблюдением заказывающего управления МО СССР и органов госконтроля. На единичные устройства штатной аппаратуры РЛС СПРН и ПРО заказчик согласовывал цену по фактическим затратам, определяя уровень рентабельности два-три процента. Для устройств, повторяющихся в составе РЛС с ФАР (300 передающих модулей в МРЛС 5Н20), цена согласовывалась несколько раз в процессе изготовления аппаратуры на партии по 50 экземпляров с установлением рентабельности 10–12 процентов. Производственники, пытаясь получить выгоду, стремились снизить трудоемкость, заказчик, строго соблюдая интерес государства, в цене устройства новой партии ее снижал. Расчеты с заводом за продукцию проводили всего за сутки. Под строгим контролем расходовались драгоценные металлы в новых разработках элементной базы или кабельной продукции. На применение дорогих компонентов требовались серьезное обоснование, детальные расчеты, затем следовала основательная защита проекта. Например, для обеспечения заданных характеристик быстродействия спецвычислителя (СВУ) был необходим радиокабель с предельно низкими потерями и высокой динамической стабильностью электрической длины. На испытания представили два варианта: с центральным проводником, покрытым серебром, и с проводником, покрытым золотым сплавом. Для подготовки обоснований смонтировали модели и совместно с представителями заказчика проверили их. Заданные характеристики показал только второй кабель. Протоколы испытаний утверждал главный конструктор, и это были ключевые документы в техническом обосновании потребности. Учитывая, что для монтажа одного аппаратного шкафа спецвычислителя было нужно более 50 метров кабеля, а в СВУ входило более 500 шкафов, то золота требовались десятки килограммов, и разрешения на его применение получали в комиссии Госплана СССР. В Госплане предложили повторно испытать оба кабеля, что для разработчиков было неприемлемо, поскольку сдвигались сроки начала монтажа аппаратуры. Решение все же нашли: под обязательства провести дополнительные исследования дали временное разрешение на применение золотого покрытия и на «Москабеле» начали выпуск нужного провода. На ДМЗ начался монтаж аппаратуры. Как и ожидалось, новые испытания еще раз показали, что альтернативы золоту нет, и его применение пришлось окончательно утвердить. Подобными были сценарии при получении разрешений на использование соединительных разъемов «ячейка-блок», где только покрытые золотосодержащим сплавом контакты давали необходимое быстродействие и заданные показатели надежности. Многолетняя работа заводчан и смежников по подготовке и изготовлению большого объема аппаратуры опытного образца и штатной аппаратуры МРЛС (более миллиарда долларов в ценах того времени) изобиловала множеством неординарных, критических и драматических событий. И каждое из них может стать сюжетом для нескучного и поучительного повествования. Мне, свидетелю и непосредственному участнику этих работ, представляется должным освещение двух событий, тесно связанных с ролью главного конструктора МРЛС Виктора Слоки в принятии решений, определивших судьбу проекта. Речь не столько о техническом выборе, сколько о безошибочном избрании направлений развития важнейших составных частей проекта и предопределения их результатов. Этот рассказ только о двух секторах зоны ответственности главного конструктора. «ЦИФРОВИЗАЦИЯ» РАДИОЛОКАЦИИ Сегодня, спустя годы после событий, внедрение цифровых технологий в повседневную практику стало обыденностью деловой жизни и индикатором современности общества. Бытует утверждение, что цифра стала драйвером экономического прорыва, что дает основание считать ее одним из важных приоритетов в развитии государства. Для известного ученого в области обработки радиолокационных сигналов Виктора Слоки необходимость цифровизации процессов формирования и обработки сигналов РЛС была очевидной и в 70-х годах прошлого столетия. Впервые в практике создания информационных систем РКО он принял решение о внедрении в новый проект идеологии цифровой обработки РЛ-сигналов. Это решение для того времени было шагом достаточно смелым. Для обработки всех видов сигналов многофункциональной РЛС системы ПРО была необходима фантастическая производительность вычислителей. Имеющиеся существенно недотягивали до требуемого уровня. Традиционные разработчики вычислительной техники приемлемых моделей реализации СВУ предложить не смогли, и Слока поручил разработку аппаратуры цифровой обработки радиолокационной информации в реальном масштабе времени МРЛС «Дон-2Н» КБ Днепровского машиностроительного завода, руководили которым Михаил Симонов и Владимир Юрко. Выбор Виктора Карловича был не случаен: в этом КБ к тому времени разработали и успешно реализовали ряд локальных проектов, содержащих цифровую аппаратуру устройств управления и обработки радиолокационной информации. Значимой была разработка аппаратуры вычислительных средств информационной системы акустического комплекса (эхолокатора) защиты особо важных объектов (стартовых позиций МБР, АЭС и другие) от атаки малозаметных низколетящих носителей оружия (легких самолетов, вертолетов и беспилотных платформ) по заказу 4-го ГУ МО СССР. При создании цифровой аппаратуры этого проекта был использован опыт ЦКБ «Алмаз» в применении ранних версий системы автоматизированного проектирования (САПР) «Рапира», позволявший провести разработку цифровой аппаратуры первого уровня (ячейка). В процессе работы использовали базовые средства программно-информационного обеспечения и подсистемы проектирования двусторонних печатных плат. ГОСДЕП ВСТРЕВОЖИЛА «ДУГА» Очередным, более серьезным шагом стало создание в 1972 году комплекса автоматизированной проверки характеристик загоризонтных РЛС «Дуга» – имитатора радиоизлучения факелов стартующих МБР и измерителя параметров радиотрактов (условий распространения радиоволн) в направлении обзора ЗГ РЛС, тема 5Г93 (В03В). Вычислительные средства имитатора создали с помощью САПР «Рапира» и частично сквозной САПР «ПРАМ», что позволило получить конструкторскую и технологическую документацию на несколько десятков наименований аппаратуры первого и второго уровней интеграции (ячейка на многослойной подложке, блок). При этом были выявлены недостатки САПР и ограниченность технических данных об активной части элементной базы (ИС, БИС), представляемой поставщиками, что привело к погрешностям в разработке. Эти обстоятельства заставили совершенствовать систему, создавать собственные инструменты обследования элементной базы и формировать более достоверные их описания. Развернулись работы по созданию собственной системы проектирования более высокого уровня (САПР «Днепр»). Разработка цифрового имитатора, выполненная коллективом Владимира Юрко в интересах тематики СПРН, получила высокую оценку военных и особое признание в профессиональной среде. Хотя во время первого включения при натурных испытаниях имитатора (они велись в зоне ответственности ЗГ РЛС «Дуга-1», Николаев) возник дипломатический казус. Американские средства контроля зафиксировали сигналы о массовом старте МБР (около 20 ракет) из района Балхашского полигона. Заявленный Госдепартаментом США протест очень быстро дошел до исполнителей. Были даны разъяснения с нашей стороны, внесены коррективы в методики проведения испытаний. В 1973 году еще три комплекса имитатора В03В были введены в эксплуатацию и успешно использовались при испытаниях ЗГ РЛС «Дуга-2» (Чернигов, Комсомольск-на-Амуре), что позволило избежать больших затрат на пуски реальных ракет. Спустя время в журнале Aviation Week & Space Technology появилась статья о докладе ЦРУ на эту тему и о том, как русские обманули американцев, подсунув имитатор вместо пусков, давалась высокая оценка русским гениям, создавшим такое средство. АСУ ВЫСОЧАЙШЕГО УРОВНЯ Новое дело, порученное коллективу КБ, было стократ сложнее по научно-техническому уровню и по существу являлось крупной НИОКР. Несоизмерим с предыдущим и объем предстоящих работ. Создание боевых средств цифровой обработки массовых потоков радиолокационной информации с запредельными требованиями по быстродействию стало задачей пионерской. Опыт разработки аппаратуры такого уровня в СССР отсутствовал, как и не было надлежащих технологий. Прежде всего требовалось создание инструмента проектирования – технологии, способной обеспечить автоматизированную разработку цифровой аппаратуры с первого по четвертый уровень интеграции: ячейка на базе многослойной печатной платы (МПП), объединительная кассета (блок с ячейками и объединительная МПП заднего поля), шкаф с блоками и функционально законченное устройство в составе двух–пяти шкафов. Таким инструментом могла стать только автоматизированная система проектирования высочайшего уровня, и это являлось предметом отдельной, параллельной работы. Коллектив понимал степень ответственности, был полон энтузиазма и уверенности в успешной реализации работ. Создание спецвычислителя находилось под идеологическим патронатом главного конструктора. Представители его команды (Виктор Стручев и другие специалисты) постоянно участвовали в обсуждении ключевых вопросов разработки СВУ, обменивались мнениям, затевали творческие дискуссии, когда точки зрения на возникшую проблему не совпадали. Для выполнения задачи первого этапа – создания аппаратуры спецвычислителя опытного образца РЛС «Дон-2НП» – понадобилось несколько лет упорного труда коллектива одаренных молодых людей под руководством целеустремленного и талантливого руководителя Владимира Юрко, фаната автоматизации цифры, как его называли коллеги. За это время была создана первая работоспособная версия сквозной САПР «Днепр», структура которой включала системы математического моделирования цифровой аппаратуры, микропрограммирования, тестирования и контроля, проектирования печатных плат, выпуска конструкторской документации состава «ячейка-кассета-шкаф». Ее основное преимущество и достоинство в том, что одновременно с конструкторской выпускали комплект технологической документации (фотошаблоны на стекле, программы сверловки, контроля и др.), документацию на нестандартизованные средства измерений (НСИ) и методики автоматизированной проверки разработанных изделий на унифицированных средствах тестового контроля (УТК) и созданных НСИ. Средства автоматизированного контроля позволяли проверять параметры разработанных изделий на всех этапах производственного цикла, начиная от программ контроля элементной базы, контроля качества слоев и многослойной печатной платы (18 слоев) до узлов, блоков и ФЗУ. Продолжение
следует. ---- --- --- Продолжение статьи Владимира КОСТРЖИЦКОГО Заказ на разработку радиолокационной системы «Дон-2Н» высочайшей надежности и невиданного доселе быстродействия проложил дорогу в новую цифровую эру. Это была задача, потребовавшая высочайшего напряжения и беспримерного научного поиска. Ключевым элементом технологии разработки документации стало формирование математических моделей изделий, с использованием которых впоследствии проверялись изготовленные устройства. Эти модели были носителями опорных сигналов, характеризующих каждое конкретное изделие, и использовались на всех этапах производства, а затем и при регламентных работах во время эксплуатации. ИСТОК «ДОНА» – «ДНЕПР» Основой математического моделирования изделий были математические описания элементной базы (ИС, БИС). Для создания корректного описания требовались исчерпывающие характеристики микросхем, порядка 25–30 параметров, в то время как поставщики в документации указывали их 10–15. Результата можно было достичь, только восполнив этот пробел, подтвердив параметры замерами на специально созданных стендах-имитаторах. На первом этапе библиотека банка данных элементной базы (БД ЭБ) содержала более 500 описаний. Результат удалось обеспечить трудоемкими интеллектуальными и организационными усилиями множества специалистов, принимавших участие в этом деле: только программистов трудилось не менее сотни. Полученные данные позволили подготовить фундаментальную основу проектирования цифровой аппаратуры спецвычислителя. Документацию на СВУ МРЛС «Дон-2Н» вели с использованием восьмисот описаний элементной базы. Ее разработка потребовала обстоятельного оснащения разработчиков и конструкторов автоматизированными рабочими местами (АРМ-Р, АРМ-К), вычислительной техникой и средствами измерений. Поскольку в основном использовалось многоитерационное математическое моделирование устройств и их составных частей, возникла необходимость в ресурсах с высокой производительностью и большим объемом памяти. Вычислительный комплекс САПР «Днепр» сформировали из двух (позже четырех) ЭВМ класса ЕС 1050, ЕС 1045. Поскольку моделирование одного устройства занимало от трех до пяти суток непрерывной работы ВЧ-комплекса, мощности периодически пополнялись. В работе находились шесть АРМ-Р и два АРМ-К, 12 цифровых дисплейных комплексов ЕС-7920 (производства ДМЗ) на десять рабочих мест оператора каждый. Опытный участок изготовления фотошаблонов слоев плат оснастили восемью координатографами. Важнейшей составной частью технического оснащения процесса разработки СВУ был комплексный стенд (стенд главного конструктора), на котором имитировали все виды сигналов локатора. На макетах СВУ велись их обработка и получение на выходе информации о целях: количестве, дальности, угле места, измерялись потенциал станции и другие параметры. Возможность задавать большое количество итераций (имитаций отраженного сигнала) при испытаниях аппаратуры позволяла набирать статистику, выявлять ошибки и повышать достоверность результатов комплекса спецвычислителя. При проверке аппаратуры СВУ на заводских приемо-сдаточных испытаниях и проведении стыковочных работ на объекте использовались рабочие места, созданные по унифицированной модели комплексного стенда. Все технические средства разработки в среде исполнителей объединили локальной цифровой сетью. Вслед за этим на базе средств засекреченной связи (ЗАС) создали междугородную цифровую сеть передачи данных между предприятиями кооперации (КБ ДМЗ – КБ Южного радиозавода, рабочие места производства ЮРЗ). На первичное оснащение рабочих мест разработки и создание комплексного стенда было затрачено более 10 миллионов рублей (при тогдашнем курсе 68 копеек за доллар). Сквозная САПР «Днепр» стала не только инструментом автоматизированной разработки документации в КБ, но и центром зарождения автоматизированной системы управления технологическими процессами в производстве (АСУТП) ДМЗ. Внедренные ранее локальные и вводимые автоматизированные средства производства (станки с ЧПУ, обрабатывающие центры, УТК и др.) стали периферийными устройствами системы. К ним по линиям связи поступали пакеты технологической информации и рабочих программ изготовления и контроля качества изделий. Одновременно передавались данные о ходе производства. Конструкторская документация на бумаге почти не использовалась. АСУТП впоследствии стала неразрывно связанной с успешно работавшей на заводе автоматизированной системой управления производством (АСУП), что заложило основу создания комплексной системы автоматизации деятельности предприятия. Новая модель организации изготовления цифровой аппаратуры инициировала создание на Южном радиозаводе (Шумилин В.А., Медведев В.П., Корзин Е.С.) автоматизированного производства одно- и двух-платных ячеек на базе многослойных печатных плат с размещением на одной плате до 80 корпусов ИС высокой степени интеграции. Со временем на ЮРЗ усилиями заводчан и ОКТБ ЦНПО «Вымпел» (Курбаков В.Г., Сидоров Е.М., Карелин И.А., Корниенко Ю.Н.) создали крупнейшее в отрасли производство радиоэлектронной аппаратуры мощностью до 50 тысяч ячеек в год. Его оснастили современными комплексами автоматизированного изготовления и контроля качества, созданными при реализации программы САПР «Днепр». Эти средства применялись на всех этапах технологического цикла изготовления аппаратуры. Таким образом, было положено начало формирования островков производства наступающего столетия. ОТ НЕВЕРИЯ К ВЗЛЕТУ На ДМЗ в качестве периферийных окончаний САПР были изготовлены и введены в строй десятки единиц автоматизированного стендового оборудования, включая спецвычислители для рабочих мест проверки аппаратуры, имеющих соизмеримые скорости обработки информации с создаваемыми изделиями. В ходе работ мы наблюдали временные спады результативности, как тогда говорили, «утыки», что не могло не беспокоить. В один из тревожных моментов, когда уровень неверия в успех начал преобладать над реальной оценкой состояния дел, Анатолий Басистов, оставив дела, прилетел в Днепропетровск и сутки общался с разработчиками. Оценил полученные на комплексном стенде результаты обработки имитированных отраженных сигналов, методы и организацию проведения исследований, ожидаемые итоги и сроки их достижения. Разговор с генеральным конструктором окрылил ученых. Басистов тоже остался доволен результатами визита. Анатолий Георгиевич подытожил примерно так: разработчики верно понимают задачу, действуют в правильном направлении. Коллективу необходимо обеспечить все условия для завершения проекта, выделив его в самостоятельную структуру в составе «Вымпела». Кроме того, необходимо поднять уровень ответственности руководителя работ, назначив Владимира Юрко заместителем главного конструктора МРЛС. Это вскоре и было сделано. НА ПУТИ К ПОЛИГОНУ Разработка аппаратуры СВУ для полигонного образца, изготовление и испытания макетов длились около четырех лет. Были сконструированы несколько функционально законченных устройств (ФЗУ) приема, обработки и оцифровки всех видов сигналов, аппаратуру в цехах ЮРЗ и ДМЗ сдали без существенных замечаний. Ключевым моментом в оценке результатов этого этапа разработки СВУ стали натурные испытания комплекта аппаратуры цифровой обработки в составе полигонного образца МРЛС «Дон-2НП» (объект № 8, 10-й ГНИИП МО СССР). При первом включении все заработало сразу, что чрезвычайно важно. Это была большая победа разработчиков и их руководителя Владимира Юрко. Без сомнения, в этом успехе была громадная заслуга главного конструктора проекта Виктора Слоки, безошибочно определившего направление поиска и исполнения проекта. Выявленные довольно многочисленные замечания не смутили никого, поскольку они объяснялись несовершенством САПР и недостаточной достоверностью математических описаний активной части элементной базы. Их устранение представлялось вопросом совершенствования инструмента разработки и улучшений в уже работающем организме СВУ. Для внесения изменений в аппаратуру на объекте были установлены АРМ-Р, АРМ-К, впервые в практике отрасли на линиях ЗАС и каналах ВЧ-связи организовали рабочий сверхдальний цифровой канал – сеть обмена информацией между объектом № 8 10-го ГНИИП, КБ ДМЗ и КБ ЮРЗ. Это позволило оперативно передавать технологические программы в цеха и проводить корректировку документов. Последние в бумажном виде дублировались по каналам закрытой почты. За полгода уточнили данные элементной базы, откорректировали первоочередные программы состава САПР. Часть приборов доработали на объекте бригады монтажного управления ДМЗ, часть заменили новой аппаратурой. При проведении совместных испытаний опытного образца локатора спецвычислитель продемонстрировал полное соответствие техническому заданию и получил высокую оценку главного конструктора и генерального заказчика. Впереди было совершенствование инструмента САПР «Днепр» – системы моделирования, расширение библиотеки описаний элементной базы, технологий проектирования ячеек, методик проверки аппаратуры. Конструкторская документация на штатную аппаратуру СВУ МРЛС «Дон-2Н» велась с использованием примерно восьми сотен достоверных описаний элементной базы – самой обширной библиотеки БД в Советском Союзе. Фундаментальная основа проектирования цифровой аппаратуры со временем стала объектом коллективного пользования предприятий «девятки». Изготовление приборов штатного СВУ на ЮРЗ и ДМЗ (десятки тысяч ячеек и более 500 шкафов) с использованием автоматизированных средств изготовления и контроля параметров прошло без замечаний. При приемо-сдаточных испытаниях на ДМЗ многоитерационная прокачка программ проверки одной линейки СВУ (ФЗУ) занимала не более трех суток, что давало высокий уровень достоверности соответствия изделия требованиям технических условий. Сказался и уровень совершенства инструмента разработки (САПР) и программ проверки. Продолжение следует. Опубликовано Леонид Соколовский - вс, 11/03/2019 - 09:10 = = = = = = Продолжение статьи Впервые в истории заводов «Вымпела» годовой объем товарного выпуска радиоэлектронной продукции, изготовленной предприятиями по конструкторской долкументации главного конструктора, разработанной КБ ДМЗ, превысил 50 процентов. РЕЗУЛЬТАТ ПЕРВОПРОХОДЧЕССКОЙ РАБОТЫ Монтаж и наладка на объекте прошли без существенных замечаний. Автономная наладка линеек СВУ с использованием автоматизированных средств и программ заняла около трех месяцев и закончилась в установленные сроки. Успешная стыковка с аппаратурой приемного устройства подтвердила полное совпадение имитированных сигналов РЛС в контрольных программах и правильность выбранной модели автоматизированного контроля параметров спецвычислителя. Затраты на доработку аппаратуры СВУ, стоившей десятки миллионов рублей, по результатам стыковки составили около 200 тысяч рублей. Это стало показателем успешности созданного инструмента и его эффективного применения, важным прецедентом на фоне устоявшейся модели неизбежных доводок аппаратуры, производившихся по КД ГК в стыковочных работах и комплексных испытаниях на объектах. Стоимость таких доработок аппаратуры РЛС для различных проектов составляла до десяти процентов цены. Условный КПД разработки СВУ как уникального образца электронной техники фактически равен единице. Применяя современную трактовку оценки неуспеха, риск несоответствия созданного средства цифровой обработки заданным техническим требованиям был близок нулю. Таким образом, результат этой масштабной первопроходческой работы показал, что эффективного управления рисками, их минимизации при создании и производстве суперсложных цифровых средств можно достичь при надлежащем системном научном, технологическом и организационном сопровождении. На осуществление этой грандиозной программы ушло около 10 лет. Продлжение следует. = = = = = = Путь, пройденный учеными Советского Союза при создании супервычислителя для системы предупреждения о воздушно-космическом нападении, был чрезвычайно трудным. Однако при решении задачи огромной научной ценности в СССР не только появились новые высокотехнологичные приборы и аппаратура, но и возникло новое направление развития техники - ЦИФРОВОЕ. ЛЮДИ – РЕШАЮЩЕЕ НАШЕ БОГАТСТВО Разработка спецвычислителя «Днепр» позволила проявить свои способности многим талантливым специалистам: руководителю комплекса работ В.В.Юрко, заместителю руководителя по науке М.М.Милых, ведущим специалистам – руководителям подразделений разработчиков – О.М.Накцеву, А.П.Бойко, Н.М.Губанову, Ю.Л.Раевскому, Ю.В.Шкилю, В.Г.Талдаеву, В.Ф.Морозову, А.Б.Дербасову и другим. В середине 80-х во время одного из посещений завода членом политбюро ЦК КПСС Владимиром Щербицким руководители предприятия доложили ему о ходе выполнения программы создания МРЛС «Дон-2Н», в части, касающейся ДМЗ. С подробным изложением хода работ по СВУ выступил Владимир Юрко. После его ответов на удивительно профессиональные вопросы помощников Щербицкого Владимир Васильевич спросил, какими учеными степенями обладают разработчики этой техники. Услышав в ответ, что заниматься диссертациями пока не хватает времени, возмутился и поручил организовать защиту диссертаций в институтах АН УССР. Сверхзадачи, подкрепленные ресурсами и эффективным управлением, стимулировали развитие целого направления оборонных технологий. Позже было предложено наградить ведущих разработчиков. К сожалению, по известным политическим причинам ни защита диссертаций, ни награждение не состоялись. Успешная реализация средств цифровой обработки стала одной из фундаментальных составляющих проекта МРЛС, позволившей обеспечить рекордные параметры локатора, не утратившего актуальности и сегодня. Этот смелый научный поиск, выполненный на высоком научно-техническом уровне, поведал профессиональному миру о создании в ЦНПО «Вымпел» школы разработки цифровой аппаратуры мирового уровня и утвердил КБ ДМЗ (позже Специальное конструкторское бюро автоматизированного проектирования – СКБ АП) в ряду авторитетнейших разработчиков «цифры». САПР «Днепр» стала базовой в отрасли, а СКБ АП – головным КБ системы автоматизированного проектирования. По решению Военно-промышленной комиссии при Совмине СССР наша САПР успешно использовалась предприятиями среднего машиностроения, авиационной, судостроительной, электронной промышленности и в других областях разработки и производства. Специалистам СКБ АП этот инструмент помог разработать и внедрить аппаратуру цифровой обработки для РЛС «Аргунь», «Руза», «Крона», при их модернизации, при создании спецвычислителя РЛС «Волга». Уровень экономической эффективности применения САПР «Днепр» при создании спецвычислителей РЛС едва ли возможно установить или переценить – работа пионерская и подобных моделей создания цифровой аппаратуры сравнимой технической сложности не существовало. Наша САПР, как и разработанный на ее основе продукт, стали мощным инструментом, с помощью которого был сделан научный и технологический рывок в создании уникальных цифровых средств обработки радиолокационной информации. Этот громадный труд открыл новые возможности человеческого интеллекта. Модель разработки цифровой аппаратуры МРЛС «Дон-2Н» остается канонической. Альтернативы ей нет. «СЕРВАНТ» для ФАР Выбор генерирующего элемента передающего модуля активной фазированной антенной решетки (ФАР) локатора был серьезной проблемой. Аналогов с приемлемыми параметрами не существовало. Тогда сверхмощные передающие комплексы РЛС ПРО базировались на модели полуактивных ФАР с усилительными приборами в распределенной архитектуре конструкции. Для РЛС «Енисей-Тобол» систем А, А-35, А-35М (Г.В.Кисунько, Е.П.Гренгаген, Л.Н.Жигулин) было традиционным формирование заданной мощности передатчика РЛС путем последовательно усиления сигнала «цепочкой» амплитронов «Буря» – «Стимул» – «Суперстимул» разработки и производства НИИ «Титан» (А.П.Федосеев, В.Е.Мясников, И.И.Девяткин, В.К.Росновский). Такое решение позволяло подать в антенну до 120 мегаватт в импульсе. В РЛС «Дона-2Н» была принята модель активной ФАР с распределенной мощностью в полотне, и традиционный подход к ее формированию не годился. Решение о создании новой модели генераторного устройства предваряли обстоятельные обсуждения вариантов и жаркие дискуссии с учеными и специалистами фрязинской школы создания СВЧ-генераторов и представителями заказчика. В итоге сотрудники КБ саратовского завода «Тантал» (М.М.Райнер, С.Г.Брук, Я.А.Старец) предложили использовать схему многокаскадной «усилительной цепочки» с прогнозом достижения требуемых эксплуатационных параметров после проведения обстоятельной НИОКР. Предложение предусматривало создание устройства в габаритах, позволяющих размещение в ограниченном пространстве передающего модуля ФАР. При таком решении требуемый уровень импульсной мощности мог быть обеспечен установкой в полотне ФАР десятков передающих модулей с суммарной мощностью 50–60 мегаватт в импульсе, что давало получение заданных энергетических характеристик локатора. Важным в решении при выборе ключевого элемента их формирования было и то, что за изготовление «усилительной цепочки» брался саратовский «Тантал» (директор Г.А.Умнов), где имелся значительный опыт разработки и производства новых электровакуумных приборов (ЭВП). Здесь выпускали хорошо себя зарекомендовавшие высоконадежные магнетроны «Бисер» (МИ-147, МИ-148) для РЛС ЗРК С-75 и другие генераторные приборы для РЛС ПВО. Главный конструктор Виктор Слока выбрал предложения «Тантала», несмотря на то, что в профессиональной среде отношение к подобной модели «усилительной цепочки» было неоднозначным. Тема получила шифр «Сервант». Впереди лежали годы напряженного совместного труда нескольких коллективов – разработчиков «Серванта» и аппаратуры передающего модуля и их изготовителей. Традиционная технология создания ЭВП, разрабатываемых Минэлектронпромом для тематики «Вымпела», предполагала изначальное получение «вакуумщиками» от изготовителя аппаратуры комплекта устройств для формирования рабочего места с ЭВП-модулятором, устройством управления, источниками питания. Вместе с тем для создания такой аппаратуры был нужен сам прибор, без которого создать комплект невозможно. Возникал вопрос: что первично? Как правило, на этом стыке проявлялись лучшие человеческие качества специалистов и руководителей обеих сторон, понимание неизбежности открытого сотрудничества и взаимного доверия. Создавался климат общности интересов и ответственности за конечный продукт. Вначале разработчик ЭВП получал первую версию комплекта аппаратуры, со временем ее изготовитель принимал первую версию электровакуумного прибора. Параллельно шло совершенствование составных частей. По мере продвижения аппаратура и ЭВП дорабатывались или менялись на новые продвинутые версии до получения требуемых технических параметров. Количество циклов для разных проектов было различным, это занимало достаточно много времени. Подобная доверительная атмосфера сформировалась и при разработке аппаратуры передающего модуля 6ДГУ (разработчики РТИ – Л.Г.Мищенко, Л.Д.Руновский, В.Ф.Ивлев, А.Н.Баранов, В.С.Носырев, В.Н.Николаев), «Серванта» в его составе и модулятора 6ДГМ (КБ ДМЗ – Ю.И.Письменецкий, В.Д.Левченко, Ю.А.Бушуев, Ю.Г.Лукин, Н.П.Изюмский, В.К.Туровский, Э.М.Кожедуб, Д.М.Осьмиченко). «Сервант» состоял из трех последовательно включенных СВЧ-каскадов усиления с выходной импульсной мощностью мегаваттного уровня. Все было установлено на едином основании и имело массу около 300 килограммов. Трудоемкость механических работ при изготовлении узлов и сборок «Серванта» существенно превышала возможности «Тантала», и к неудовольствию ДМЗ, выделку сотен наименований механических деталей и волноводов поручили Днепромашу – головному заводу по созданию технических средств локатора. Для работ с «Сервантом» и его составными частями на ДМЗ изготовили и ввели в строй стендовое оборудование нескольких рабочих мест настройки на «Тантале» (Саратов) и «Феррите» (Ленинград). На Гомельском радиозаводе (ГРЗ) и КБ «Луч» (В.И.Горбачевский, И.М.Калашников, П.Н.Старосельский) разработали антенный модуль для передатчика и готовили производство к его изготовлению. Несколько комплектов радиотехнического оборудования для оснащения рабочих мест комплексной настройки передающей секции 6ДАГ-Д Днепромаш поставил на ГРЗ. Окончание следует = = = = = = ОКОНЧАНИЕ «... И ОПЫТ, СЫН ОШИБОК ТРУДНЫХ» Разработка «Серванта» шла непросто – недоставало опыта в создании уникальных композиций, были задержки в выпуске специальных сплавов (материалов молекулярной чистоты). На одном из совещаний у заместителя министра радиопромышленности СССР рассматривали ход работ: выполнение планов разработки документации на составные части МРЛС, подготовку производства, продвижение создания новой элементной базы и компонентов. Дошла очередь до передатчика и положения дел с «Сервантом», где наметилось серьезное отставание от графика. Представитель саратовцев, нарушив традицию, выложил на стол перед ведущим совещание несколько деталей производства ДМЗ с признаками несоответствия КД (на них были небрежно сняты заусенцы), намекая на причину отставания. Представитель ДМЗ, выслушав положенное, напомнил, что саратовцам, кроме деталей, лежащих на столе, поставили еще сотни таких же, к которым претензий не было. Это побудило более глубоко вникнуть в причины буксования темы «Сервант». Дальнейший детальный контроль разработки поручили руководству Первого главного управления МЭП (И.Т.Яковенко). Был момент, когда главному конструктору разработки «Серванта» объявили «неполное служебное соответствие», что означало завуалированное предложение отстранения от должности. Значительными усилиями коллектива кризис преодолели, и очередной результат был достигнут. Помогли в работе не столько угроза увольнения и оргвыводов, сколько накопленные к тому времени знания, опыт и трезвая оценка результатов. Параллельно в РТИ и ДМЗ (С.А.Дулидов, В.Р.Черный, В.М.Беседин) отрабатывали элементы конструкции передающего модуля 6ДГУ и модулятора 6ДГМ с очередным макетным образцом «Серванта». По мере продвижения вперед отработки параметров «Серванта» в составе передающего модуля на головном стенде ДМЗ и комплекта передающей аппаратуры (6ДГУ + 6ДГМ) потребовалось проведение серьезных доработок аппаратуры, что заняло достаточно много времени. К середине 1981 года создание передающего комплекта подошло к концу, получение заданных параметров было подтверждено успешной непрерывной работой (суточным прогоном). Очередной этап был завершен. Настало долгожданное время запуска в производство «Серванта» и всей аппаратуры передатчика на ДМЗ. Но представитель заказчика посчитал, что этого недостаточно, и потребовал провести пятисуточный прогон, хотя такое требование техдокументацией не предусматривалось. После бесплодных дискуссий (хотя все понимали, что «заказчик всегда прав») аппаратура передающего комплекта безукоризненно проработала пять суток! Правы были и саратовские ученые, и разработчики РТИ, создавшие этот высоконадежный шедевр радиотехники. Прав был главный конструктор, который поверил в их теоретические доводы почти десятилетием раньше, предвидя ожидаемый результат. Правы оказались все те, кто упорно работал и добился успеха. На следующий день после завершения испытаний были организованы «дружественные шашлыки» на водной станции завода на Днепре. Все были рады и горды полученными результатами. Пришли представители фирм, участвовавших в финальных работах по созданию штатной ячейки передающей ФАР МРЛС «Дон-2Н»: представители РТИ (Москва), завода и КБ «Тантал» (Саратов), НИИ «Феррит» (Ленинград), ЮРЗ и КБ ЮРЗ (Желтые Воды), КБ ДМЗ и ДМЗ (Днепропетровск) и, конечно же, заказчика (4 ГУ МО). При ближайшем знакомстве оказалось, что эти парни-разработчики не "ботаники и зануды" со своими «спектрами внеполосных» и «набегом фаз», а компанейские и интересные собеседники, общительные и остроумные люди, запросто цитирующие «в ответку» Хэма, Хайяма или Ильфа. Мы крепко подружились и твердо поверили, что нам все по плечу. Впереди были изготовление комплекта аппаратуры для четырех АФАР МРЛС и комплексные работы на объекте заказчика по вводу аппаратуры в эксплуатацию. Но это уже совсем другая история. ВЗЛЕТ ДМЗ Участие Днепровского машиностроительного завода в создании супер-РЛС «Дон-2Н», детища Виктора Слоки, обстоятельно изменило облик предприятия, интеллектуальный состав коллектива и структуру производственных мощностей. По ряду направлений оно вышло на уровень лучших в отрасли, было готово к реализации аппаратуры грядущих поколений РЛС, создаваемых институтами «Вымпела» для систем ВКО. Следующим качественным шагом в развитии завода стало изготовление «твердотельной» аппаратуры РЛС «Волга». Днепровцы были особо горды тем:
Несколько позже генеральный директор ЦНПО «Вымпел» Николай Михайлов скажет: «Все это было на грани чуда. И источником этого чуда были сверхзадачи, решение которых поручалось ЦНПО «Вымпел» и его предприятиям. Именно сверхзадачи, подкрепленные ресурсами и эффективной системой организации и управления, стали мощнейшим стимулом развития и предприятий, и целого направления оборонных технологий». Трудно дать более точную оценку результатам работы орденов Октябрьской Революции и Трудового Красного Знамени Днепровского машиностроительного завода и всем коллективам «Вымпела», волею судьбы принимавшим участие в создании средств ВКО страны, включая супер-РЛС «Дон-2Н». В знак глубокого уважения главному конструктору МРЛС и оценки его вклада в развитие потенциала ПО «Днепровский машиностроительный завода» портрет Виктора Карловича Слоки размещен ныне на Доске почета в Зале истории завода наряду с корифеями отечественной науки: Александром Львовичем Минцем, Григорием Васильевичем Кисунько, Александром Андреевичем Расплетиным и Анатолием Георгиевичем Басистовым. Прошло время, многое стерлось из памяти, многое видится и оценивается по-иному. В моих воспоминаниях не исключены некоторые погрешности, но бесспорно то, что созданию признанной в мире супер-РЛС «Дон-2Н», этому шедевру радиотехнического искусства, непревзойденному спустя десятилетия, наше общество обязано таланту и целеустремленности выдающегося инженера, ученого и организатора науки, главного конструктора локатора, Героя России Виктора Карловича СЛОКИ. В. Костржицкий Опубликовано Леонид Соколовский - ср, 11/06/2019 - 20:13 |
https://missilery.info/missile/53t6Противоракета ПРС-1/53Т6 комплекса ПРО А-135/РТЦ-181 "Амур"/5Ж60Многоканальная система ПРО Центрального промышленного района и г.Москвы второго поколения А-135 является развитием аналогичного комплекса первого поколения А-35. Проработка модернизированного варианта системы ПРО А-35 - системы А-35М, - велась НИО-4 ОКБ-30 под руководством Г.В.Кисунько вплоть до его отстранения в 1975г. Параллельно с Г.В.Кисунько работы по новой системе ПРО были начаты по указанию министра В.Д.Калмыкова в конце 1968г. группой специалистов Минрадиопрома СССР под руководством А.Г.Басистова. К концу 1969г. концепция двухэшелонной системы ПРО была предварительно согласована с Министерством Обороны СССР. В 1970г. тематика ПРО полностью перешла под контроль Минрадиопрома СССР - 17 января 1970г. было образовано специализированное ЦНПО "Вымпел", в сферу деятельности которого вошли проблемы ПРО, систем предупреждения о ракетном нападении и контроля космического пространства и т.п. Проработка системы в НТЦ ЦНПО "Вымпел" велась по теме НИР "Фон-1". Постановление СМ СССР №376-119 о создании системы ПРО А-135 со стрельбовым комплексом дальнего перехвата "Амур" и полигонным опытным образцом "Амур-П" вышло 10 июня 1971г. Проектом предусматривалось создание трех стрельбовых комплексов "Амур" на расстоянии 600-800км от Москвы и трех универсальных комплексов ближнего перехвата системы С-225, что позволило бы минимизировать ущерб от использования в дальнем эшелоне ПРО противоракет с мощными термоядерными БЧ и повысить надежность перехвата атакующих боеголовок. В декабре 1971г. завершен аванпроект системы А-135 (НИИ радиоприборостроения Минрадиопрома СССР), аванпроект стрельбового комплекса "Амур" (НТЦ ЦНПО "Вымпел", главный конструктор - А.Г.Басистов). Разработка двухступенчатой противоракеты дальнего перехвата заатмосферного эшелона А-925/51Т6 (обозначение США/НАТО - ABM-4 Gorgon/SH-11) была поручена МКБ "Факел", главный конструктор - П.Д.Грушин. После заключения Договора по ПРО в июне 1972г. было начато перепроектирование системы ПРО и стрельбового комплекса "Амур" под размещение всех средств на площади диаметром 100 км (Московская обл.), комплексы С-225 были исключены из состава системы, а высокоскоростные противоракеты ПРС-1/5Я26, создававшиеся для этих комплексов в ОКБ "Новатор" под руководством Л.В. Люльева (с 1985г. - Главный конструктор П.И. Камнев) - будущие 53Т6 (новый индекс с 1973г.), были включены в ближний (второй) атмосферный эшелон системы А-135. Разработкой откорректированного проекта руководил А.Г.Басистов. Эскизный проект системы А-135 в 1973г. предложен МО СССР и с некоторыми замечаниями одобрен в конце 1973г. В том же 1973г. главным конструктором системы ПРО А-135 назначен А.Г.Басистов. В качестве РЛС с фазированной антенной решеткой (ФАР) системы рассматривались следующие варианты: РЛС «Дон-2Н» (РТИ, гл.конструктор В.К. Слока); РЛС «Неман» (НИИДАР, гл.конструктор Ю.Г. Бурлаков); РЛС «Истра-2» (НИИРП, гл.конструктор Г.В. Кисунько). Победителем вышел проект РЛС «Дон-2Н». В 1974г. после подписания Протокола к Договору по ПРО под руководством А.Г.Басистова был разработан третий вариант проекта системы ПРО А-135. В 1975г. состоялось обсуждение проекта системы в МО СССР, проект отправлен на доработку с некоторыми замечаниями. В 1975 г. А.Г.Басистов назначен генеральным конструктором СКБ-2 ЦНПО "Вымпел" - проектировщика систем ПРО г. Москвы (до самой кончины, последовавшей 16.09.1998г., затем его сменил Е.П. Андрейчук), первым заместителем А.Г.Басистова по системе А-135 был назначен М.Г.Минасян. Эскизный проект системы ПРО А-135 с устранением замечаний заказчика разработан в 1976г. В состав системы по эскизному проекту были включены:
Система создавалась в качестве двухэшелонной системы с дальними противоракетами 51Т6 (см. фото) , представлявшими из себя развитие противоракет системы ПРО А-35 и средними противоракетами 53Т6, первоначально создававшимися в рамках проекта универсального комплекса С-225 КБ-1. Объекты системы ПРО проектировались разнесенными друг от друга на расстояние до 100 км. В системе А-135 предполагалось использование противоракет с ядерными БЧ различной мощности на ракетах разных эшелонов. Решение о
создании
полигонного
образца системы
ПРО А-135 - "Амур-П"
5Ж60П для испытаний
компонентов
и системы в
целом принято
в 1974г. Строительство
и развертывание
полигонного
комплекса
системы ПРО
в основном
осуществлялось
в 1976-1979г.г. В состав
комплекса
входят РЛС
"Дон-2НП" (полигонный
образец),
командно-вычислительный
пункт 5К80П с ЭВМ
типа "Эльбрус",
стрельбовой
комплекс и
система передачи
данных 5Я67. К
1978г. создание
стрельбового
комплекса
системы А-135
"Амур-П" 5Ж60П
в целом было
завершено.
Испытания
противоракет
и других средств
системы велись
на 6-й (ШПУ ПР
51Т6), 8-й (РЛС «Дон-2НП»
и КВП 5К80П) и 35-й
(ШПУ ПР 53Т6, опытные
ракеты, применявшиеся
в ходе испытаний,
по некоторым
данным, имели
обозначение
США/НАТО -
ABM-X-3A/SH-08) площадках
10-го Государственного
Научно-Исследовательского
полигона
Сары-Шаган
(«Полигон «А»,
г. Приозерск,
Казахская
СССР). В 1973г. был
создан и поставлен
для испытаний
первый экспериментальный
образец ПР
5Я26. Первые пуски
проводились
с наклонной
пусковой
установки
под углом 20°
к горизонту
- самый первый,
бросковый
пуск, состоялся
27 ноября 1973 г. на
35-й площадке
«Полигона
«А». До второго
пуска включительно
ракета не
оснащалась
бортовой
аппаратурой.
Разделение
ступени/ГЧ
не производилось.
С третьего
- ракета имела
штатную комплектацию.
Начиная с 1978
г., с 7-го по 11-й
пуски, заводские
испытания
проводились
с использованием
средств первого
опытного образца
системы («Азов»).
Начиная с 12-го
пуска в 1979 г.,
использовались
средства второго
опытного образца
системы («Амур-П»).
Испытания
ПР в целом
проходили с
большими
трудностями,
связанными
с особенностями
ракеты. Из 15-и
последующих
пусков в шести
ракета разрушалась
и до 17-го пуска
не удавалось
обеспечить
надежную
радиосвязь
с бортом. Дело
в том, что конструкторы
ракеты, заботясь
о прочности
и аэродинамике,
отвели для
установки
бортовых антенн
донную часть
стартово-маршевой
ступени ракеты.
Как показали
испытания,
в полете эти
антенны полностью
экранируются
плазмой, образующейся
при высокоскоростном
полете в атмосфере.
После детального
анализа конструкторам
ракеты пришлось
установить
антенны на
корпусе ракеты
перед соплами
газоструйной
системы управления.
Причем была
разработана
оригинальная
система переключения
антенн в зависимости
от положения
оси ракеты
относительно
радиотехнических
средств комплекса.
Однако, несмотря
на трудности,
начиная с 17-го
пуска удалось
получить
устойчивую
связь по каналу
управления,
а с 20-го - и по каналу
визирования.
Кроме того,
В августе 1979 г. был впервые произведен бросковый пуск ПР 53Т6 из ШПУ. ПР вылетела из шахты и приблизительно через 5 сек. самоподорвалась. На этом испытании был установлен дефект в конструкции газоотражателя шахты: в нем имелись отверстия и при старте ПР под ним создалось давление в 15 атм. и он сработал как поршень, вылетев из шахты на расстояние около 20 м, сминая ТПК и выдрав направляющие с опорным кольцом (общим весом около 7 тонн). Также было заявлено, что плохое качество сварных швов привело к отрыву металлоконструкций. Позже толщина металлического стакана шахты была увеличена с 7 мм до 32 мм, превратив ее в силовую конструкцию. Первый пуск противоракеты в замкнутом контуре управления был выполнен в июле 1981г. В апреле 1982 года осуществлен успешный перехват реальной баллистической цели - БРСД 8К65. Расхождение с целью на дальности стрельбы 40км составило около 50 метров, что вполне достаточно для поражения цели. Одно из испытаний системы прошло 18 июня 1982 г. в рамках крупнейших учений Вооруженных сил СССР (названных на Западе «семичасовой ядерной войной»). Две ПР системы 5Ж60П, запущенные с полигона "А", перехватили БРСД 15Ж45 БГРК «Пионер», запущенную с полигона Капустин Яр, и БРПЛ Р-29 с РПКСН проекта 667Б "Мурена" Северного флота. Заводские полигонные испытания комплекса с комплектом аппаратуры комплекса первого этапа были начаты в ноябре 1982 г. и завершены в марте 1984 г. (проведено 8 пусков ракет 51Т6 в т.ч. 4 в составе комплекса; 5 пусков ракет 53Т6 в т.ч. 4 в замкнутом контуре управления; 9 проводок заказных баллистический целей, 27 проводок ИСЗ, производились облеты самолетами, циклы моделирования и функционального контроля комплекса). В марте 1984г., по ряду данных, были завершены Государственные испытания самой ракеты 53Т6. В 1986 г. завершены испытания комплекса с ЭВМ "Эльбрус-1" и спецвычислителем (аппаратура первого этапа). Постепенная установка аппаратуры второго этапа с более совершенной ЭВМ "Эльбрус-2" на полигонном комплексе производилась с марта 1984г. по октябрь 1987г. Испытания системы А-135 "Амур-П" с аппаратурой второго этапа проводились с марта по октябрь 1987г. (проведено 2 пуска ракет 51Т6, 5 пусков ракет 53Т6, 2 проводки заказных баллистических целей и 36 проводок попутных мишеней). По результатам испытаний сделан вывод о соответствии ТТХ комплекса заданным, в том числе для уничтожения новейшей маневрирующей ГЧ БРСД типа «Першинг-2». После некоторых доработок системы проведен еще один этап контрольных испытаний полигонного образца - январь-июль 1988г. (выполнено 2 пуска 51Т6, 3 пуска 53Т6, 5 проводок заказных баллистических целей и 16 проводок попутных мишеней). Государственные испытания системы А-135 около Москвы начаты в 1989 г. При этом на полигонном комплексе "Амур-П" в рамках госиспытаний проводились пуски противоракет - 3 пуска 51Т6 и 4 пуска серийных 53Т6, сделано 14 проводок заказных баллистических целей. При испытаниях системы ПРО было уделено значительное внимание оценке эксплуатационных, конструктивных и надежностных характеристик, оценке помехозащищенности (использовался специальный помеховый комплекс). Проведены транспортные и ресурсные испытания ракет, транспортных и установочных машин, исследовано воздействие газовой струи стартующих ракет на элементы стартовой позиции и их взаимное влияние при пусках с интервалом в 1 секунду. Проведены испытания хранением двух ракет 53Т6 в горизонтальном положении сроком 10 лет и двух двигательных установок ракет 51Т6 в горизонтальном и вертикальном положениях в течение 11 лет. Государственные испытания системы А-135 на полигонном комплексе "Амур-П" успешно завершены 4 декабря 1989г. Кроме того, в период проведения испытаний осуществлялся дополнительный контроль фоно-целевую обстановки и подтверждение характеристик боевых порядков сложных целей в пусках специальных баллистических ракет-мишеней при испытаниях полигонного комплекса ПРО системы А-135 со стороны размещенного на полигоне уникального РЛК "Неман-П". В эти же годы проведенные с его помощью измерения позволили дополнительно отработать алгоритмы селекции целей для системы ПРО А-135. Постановление СМ СССР №585-119 о строительстве системы А-135 в Подмосковье вышло 7 июня 1978г. Строительство объектов системы ПРО А-135 начато в 1980г. и в основном завершено в 1983г. В 1984-1987г.г. производилась доработка систем для сопровождения маневрирующих баллистических целей (в связи с размещением американских БРСД "Першинг-2" в Европе). По состоянию на лето 1986г. на объектах системы ПРО А-135 велся монтаж оборудования, на РЛС "Дон-2Н" шёл монтаж автономного источника энергоснабжения, велось строительство шахтных ПУ ракет 53Т6 по графику и шахтных ПУ ракет 51Т6 с отставанием от графика. Несмотря на все трудности, поставка ракет А-925/51Т6 и ПРС-1/53Т6 в части для постановки на дежурство в составе системы ПРО А-135 была начата в 1990г. и в декабре 1990г. система принята в опытную совместную эксплуатацию. В это же время в 1989-1990гг. на полигонном комплексе «Амур-П» проводились экспериментальные работы по расширению возможностей системы А-135 в части снижения нижней и увеличения дальней границ зоны поражения целей с помощью противоракеты 53Т6, увеличения маневренности данной противоракеты, а также оснащения ее новой неядерной боевой частью по программе «Самолет-М» (проведено 5 пусков 53Т6). На комплексе "Амур-П" за всё время его эксплуатации (снят с вооружения в 1990 г.) проведено 19 пусков ракет 51Т6, 37 пусков ракет 53Т6, 28 проводок заказных баллистических целей и 1900 циклов моделирования. Серийное производство ПР 53Т6 на заводе №8 (Завод им. М.И.Калинина, г.Свердловск (Екатеринбург), ныне входит в НПО "Алмаз-Антей") и постановка ракет на стартовые позиции системы ПРО А-135 были начаты в 1989 г. и в 1990 г., соответственно, а комплектация системы А-135 ракетами завершена в 1992 г.; серийный выпуск, по ряду данных, был свернут в 1993 г. Из ШПУ на 35-й площадке «Этилен» полигона Сары-Шаган в период 1982-1990 гг. (1-й, 2-й и 3-й этапы испытаний, Государственные испытания, программа «Самолет-М») было проведено 22 пуска ПР 53Т6. 11 февраля 1991 г. войсковые части ПВО заступили на опытное боевое дежурство на комплексе А-135. Комплектация система А-135 ракетами завершена в 1992г. и 17 февраля 1995г. вышел Указ Президента России Б.Н.Ельцина о восстановлении работоспособности системы ПРО А-135, обеспечении постоянной эксплуатации системы и начале работ по её модернизации. Система ПРО Москвы А-135 первоначально была принята на вооружение ВС России в составе двух позиций ПР 51Т6 по 16 ПУ (32 ракеты; г. Наро-Фоминск и г. Сергиев Посад Московской области) и пяти позиций ПР 53Т6 по 12 или 16 ПУ (68 ракет; города Лыткарино и Сходня (по 16 ПУ), Королев, Внуково и Софрино (по 12 ПУ)). Система поставлена на боевое дежурство 1 декабря 1995г. и в 1996г. система ПРО А-135 официально принята на вооружение войск ПВО России. За ее создание главный конструктор РЛС «Дон-2Н» В.К. Слока в 1996 году удостоен звания Героя Российской Федерации, а большая группа участников разработки и создания ПРО была награждена орденами, медалями и удостоена почетных званий Российской Федерации. В 1997 г. разработчики системы ПРО А-135 были удостоены Государственных премий РФ. Главным конструктором системы ПРО А-135 с октября 2002г. являлся Ю.Ф.Воскобоев. В 2006г. ракеты 51Т6 были сняты с вооружения и в составе системы остались только 68 ПР 53Т6. По состоянию на 2011г. система ПРО А-135 входит в состав 9-й дивизии ПРО 3-й отдельной Армии ракетно-космической обороны особого назначения Космических войск ВС России. Ведется работа не только по сохранению, но и по дальнейшему совершенствованию боевых возможностей системы ПРО А-135. Данная деятельность осуществляется по целому ряду направлений: например, одним из наиболее важных является максимально полное использование модернизационного потенциала противоракеты 53Т6 - в свое время так заявил по этому поводу Генеральный конструктор системы ПРО А-135 А.Г. Басистов по окончании Государственных испытаний: «Система показала значительные запасы по всем параметрам. Скоростные противоракеты Люльева 53Т6 могут осуществлять поражение баллистических целей на дальностях в 2,5 раза больших и на высотах в 3 раза больших, чем мы сейчас их аттестовали. Система готова выполнить задачи и по поражению низкоорбитальных спутников, и другие боевые задачи». При осуществлении модернизационных мероприятий используются в том числе и данные, полученные ранее в рамках ОКР "Самолет-М". Не менее важной является и модернизация устройств передающей части и разработка усовершенствованных компонентов боевых алгоритмов РЛС "Дон-2Н"/5Н20 (натурные работы "БУРЦ-Б"). Ведутся и другие серьезные работы по расширению возможностей системы А-135 - в частности, в первой половине 2000-х годов в целях замены многофункционального вычислительного комплекса на базе ЭВМ "Эльбрус-2" на командно-вычислительном пункте КВП-135 комплекса был проведен монтаж, испытания и принятие на снабжение Вооруженных Сил локальной вычислительной сети (ЛВС) на основе высокопроизводительного сервера "Эльбрус-90 микро" с постепенным повышением ее характеристик (по ряду опубликованных сведений, в ближайшем будущем произойдет замена сервера на еще более совершенный "Эльбрус-3М" с перспективами дальнейшего роста возможностей комплекса) и т.п. Проведена работа по продлению гарантийных сроков всех систем комплекса, прежде всего ПР 53Т6 в рамках ОКР «Приозерск» (с первоначальных 10 лет до 15-20 лет и далее). Из ШПУ на 35-й площадке «Этилен» полигона Сары-Шаган в период 1991-2010гг. (учения, пуски в рамках программы продления гарантийного срока эксплуатации и различных ОКР) было проведено 8 пусков ПР 53Т6, последний на сегодняшний момент из которых состоялся 26 октября 2010г. Всего же было проведено 45 пусков ПР 53Т6. Оценивая возможности созданной системы ПРО второго поколения А-135, можно отметить, что данная система, с учетом подтвержденной правильности разработанных в проекте этой системы технических решений, ее высоких характеристик и боевых возможностей, способна защитить Столицу от ограниченного удара самых современных ракет. Противоракеты системы А-135 способны перехватывать баллистические ракеты противника и их головные части, летящие на высотах от 5 км до ближнего космоса, идущие на скорости до 7 км/с. Боевые возможности системы А-135 позволяют: парировать угрозу возможного ракетно-ядерного удара малого уровня; повысить порог ответного ядерного реагирования; обеспечить живучесть объектов высших звеньев управления, в том числе принимающих решения на ответные действия; в мирной обстановке или в начальный период безъядерного конфликта обеспечить точной информацией о космических объектах, а также поражение высотных гиперзвуковых целей, атакующих город Москву. Состав: Противоракета 53Т6 (см. предполагаемую схему) представляет собой ступень со стартово-маршевым РДТТ, неотделяемый отсек с микро-РДТТ управления и отделяемую неуправляемую головную часть, содержащую в себе специальную БЧ и систему управления. Тип корпуса - несущий остроконечный конус без выступающих элементов. По ряду данных, корпус ПР выполнен из композиционных материалов методом намотки с применением в отдельных местах конструкции титановых сплавов и высокопрочных сталей; наконечник головной части ракеты - кварцевая керамика. Практически весь корпус ракеты покрыт специальным многофункциональным легким теплозащитным покрытием, защищающим противоракету от действий раскаленных газов при запуске и от аэродинамического нагрева. Бортовая кабельная сеть противоракеты замотана в корпус, ленточные кабели проходной кабельной сети проложены в корпусе двигателя при его изготовлении (в специальный канал между "коконами" намотки). Стартово-маршевый двигатель 5С73 ракеты 53Т6 разработан ОКБ-16 (Казанское КБ двигателестроения, позже - КБ "Союз"); главный конструктор П.Ф.Зубец, ведущий конструктор - И.Х.Фахрутдинов. Техническое задание на создание двигателя для ракеты 53Т6/ПРС-1 поступило в 1969 г. (по другим данным - 1970 г.). По некоторым сведениям, двигатель разделен на стартовую и маршевую части, с прочноскрепленными, специфической канально-щелевой формы зарядами твердых смесевых высокоэнергетических топлив разного состава с высоким удельным импульсом. Сопло двигателя - центральное, неподвижное, утопленное. Старт ракеты - газодинамический из транспортно-пускового контейнера на собственном двигателе с помощью направляющих на внутренней поверхности ТПК. Управление ракеты на начальной стадии полета - газодинамическое с помощью впрыска в закритическую часть сопла стартово-маршевого двигателя продуктов сгорания из камеры РДТТ (по неподтвержденным данным, управление вектором тяги на участке работы стартово-маршевого двигателя осуществляется за счет впрыскивания жидкого фреона в закритическую часть сопла). Корректировка траектории полета ракеты, в том числе на конечной стадии полета перед отделением ГЧ - газодинамическая с использованием импульсных газоструйных твердотопливных микродвигателей направленных перпендикулярно продольной оси ракеты. Система управления противоракеты радиокомандная, включает в себя размещенные на борту ракеты ответчик (ответственные конструкторы - В.И.Толстиков и В.И.Долгих) и автопилот 5А13 (ответственный конструктор П.М.Кириллов) разработки ЦКБ "Алмаз" с поплавковыми чувствительными элементами. При создании системы управления были применены уникальные технологии, позволявшие ракете надежно выполнять задачи при перегрузках свыше 100 g. Примененные в ракете электронные блоки имели специальную противоударную систему «заливки» в совокупности с повышенной устойчивостью к ПФЯВ. На этапе бросковых испытаний прототипов на ракету устанавливалось программное устройство («программник») разработки ОКБ "Новатор"; в совокупности с наклонной ПУ программник заменял собой автопилот. С момента выдачи команды "Включение подготовки противоракеты (ПР)" в ЦВК комплекса производятся операции: "обнуление по дальности", "выдача текущих команд склонения противоракеты", "определение времени выдачи команды "Пуск", "счет обратного времени до выдачи команды "Пуск". Запоминание последнего значения команд склонения производится по сигналу "Пуск принят" - данные значения команд склонения исполняются автопилотом ПР во время работы двигателя, когда радиосвязь с ПР затруднена или отсутствует. По той же команде ЦВК комплекса запоминает последнее значение "обнуленной дальности". При поступлении сигнала "Отрыв" запускается счетчик полетного времени ПР. После отсечки двигателя устанавливается радиосвязь с ответчиком ПР: по сигналу ответчика определяются координаты ПР, передача команд наведения и других команд происходит по каналу станции передачи команд (СПК). Антенны приемника команд и ответчика расположены попарно по 2 шт. на корпусе ракеты. Наведение противоракет и управление всем комплексом осуществляется командно-вычислительным пунктом 5К80 с многофункциональной РЛС 5Н20 "Дон-2Н" (г. Софрино, Московская обл.) с 4 неподвижными ФАР с широкополосным зондирующим сигналом. Прототип - РЛС 5Н20П "Дон-2НП" ("П" - полигонный вариант комплектации, прототип) - установлен на полигоне в Сары-Шагане (г. Приозерск). Командно-вычислительный пункт системы ПРО 5К80 с вычислительной системой "Эльбрус" разработан СКБ-2, разработчики - А.Г.Басистов и В.С.Бурцев. Прототип РЛС 5Н20 "Дон-2Н" - 5К80П ("П" - полигонный вариант комплектации, прототип с вычислителем 65И6) - установлен на полигоне в Сары-Шагане. Элементы комплекса были разнесены на расстояние до 100 км (РЛС, КП, ПУ ракет, технические позиции подготовки ракет) и связаны между собой системой передачи данных 5Я67. Боевое управление комплексом перехвата происходит полностью в автоматическом режиме. Разработка РЛС "Дон-2Н" велась Радиотехническим Институтом имени А.Л. Минца АН СССР с 1972 г., Главный конструктор В.К.Слока, главный конструктор антенных систем Г.Г.Бубнов. На первом этапе создавалась РЛС с аналоговой обработкой сигналов и с вычислительным комплексом "Эльбрус-1", на втором этапе - РЛС с цифровой обработкой сигналов и ВК "Эльбрус-2". Вычислительный комплекс "Эльбрус-2" (разработки Института точной механики и вычислительной техники РАН СССР, главный конструктор В.С.Бурцев) - многопроцессорная вычислительная система с распараллеливанием вычислений, быстродействие 125 млн. операций в секунду ("Эльбрус-1" - 15 млн. операций в секунду). Модульная архитектура, позволяющая вести замену модулей без остановки системы. Аппаратная поддержка основных конструкций языков программирования высокого уровня. В системе используются прецизионные высокочастотные печатные платы и системы отвода рассеиваемой мощности. Для подготовки к испытаниям системы "Эльбрус-1" в 1975 г. создана экспериментальная группа, которая в течение трех лет готовила систему к испытаниям. Испытания комплекса "Эльбрус-1" велись с 1978 по 1980 годы на базе НПО "Алмаз". В 1985 г. успешно завершены государственные испытания модернизированной системы "Эльбрус-2" (главный конструктор В.С.Бурцев). Строительство РЛС "Дон-2Н" начато в 1979 г., строительство завершено в 1981 г., монтаж и настройка оборудования завершены в 1986 г. МРЛС - моноимпульсная многофункциональная радиолокационная станция сантиметрового диапазона с крупномодульными фазированными активными антенными решетками, электронным управлением характеристиками и положением в пространстве передающей и приемной диаграммами направленности, цифровой обработкой радиолокационных сигналов. Представляет собой стационарный наземный комплекс радиотехнической аппаратуры, сопряженный с вычислительной системой КВП-135 и размещенный в одном из двух сблокированных зданий специального инженерного сооружения. Сооружение представляет правильную четырехугольную усеченную пирамиду с длиной стороны по отметке 6 м - 144 метра, по кровле - 100 метров, высотой 33,6 м. На всех четырех боковых поверхностях сооружения расположены круглые фазированные антенные решетки сопровождения целей и противоракет (диаметр антенны 16 м) и квадратные (10,4х10,4 м) фазированные антенные решетки передачи команд наведения на борт противоракет. Радиолокационная станция "Дон-2Н" обеспечивает одновременный обзор всей верхней полусферы в зоне ответственности комплекса. Операторы РЛС регулярно выполняют учебные стрельбы по поражению БР по специальным компьютерным программам, имитирующим реальные боевые условия. Программы разделяются по различным траекториям полета БР, количеством ГЧ и ложных целей, степенью сложности поражения. В учебном бою участвуют все системы обороны. Бой идет в режиме реального времени и в реальном географическом измерении. В мирной обстановке РЛС "Дон-2Н" работает в режиме малой излучаемой мощности. Перевод станции в более активный режим осуществляется в случае необходимости детальной разведки и контроля космического пространства и т.п. По классификации НАТО МРЛС "Дон-2Н" обозначена как PILL BOX, а ее полигонный прототип - как HORSE LEG. Уникальные возможности МРЛС "Дон-2Н" были наглядно продемонстрированы результатами работы в одном из совместных с США экспериментов по обнаружению малоразмерных космических объектов, проводившемся по программе ODERACS 1 (Orbital DEbris RAdar Calibration Spheres) с целью проверки возможности отслеживания так называемого “космического мусора”, в ходе которого в феврале 1994 г. с КК Discovery типа "Спейс Шаттл", выполнявшего миссию STS-60, из грузового отсека с помощью специального устройства OSDS (ODERACS Sphere Delivery System) в открытый космос были выведены специальные микроспутники, получившие названия от ODERACS A до ODERACS F - 6 металлических сфер диаметром 5, 10 и 15 сантиметров (по 2 сферы диаметром 2, 4 и 6 дюйма, соответственно). Пятнадцатисантиметровые сферы обнаружили все РЛС, привлеченные к эксперименту. Сферы диаметром в 10 сантиметров увидели только три радара: два российских и американская РЛС COBRA DANE на Аляске. МРЛС "Дон-2Н" - единственная из всех привлекаемых в мире радиолокационных средств на дальностях 1500 - 2000 км смогла обнаружить и построить траекторию самого малого космического объекта-шарика диаметром 2 дюйма (5 см). МРЛС «Дон-2Н» также интегрирована в единую систему предупреждения о ракетном нападении и контроля космического пространства РФ. Разработка боезарядов для решения проблем, стоявших перед системами ПРО, достойна отдельного замечания. Для решения этой задачи потребовалось разработать специальные бустированные (т.е. усиленные за счет инициирования термоядерных реакций уже в процессе обжатия ядра заряда - "термоядерные" нейтроны, благодаря своей высокой энергии, эффективно взаимодействуют с ядрами делящихся материалов) заряды в существенно асимметричной конфигурации. Научная проблема, которую необходимо было решить в ходе разработки, была связана с необходимостью исправления исходной асимметрии в процессе имплозии центральной части ядерного заряда при его срабатывании и обеспечением устойчивости бустерного режима. Эта фундаментальная проблема была успешно решена во ВНИИЭФ под научным руководством Р.И.Илькаева. В 70-80-е годы XX века во ВНИИЭФ в интересах проработки возможностей создания отечественной ПРО под научным руководством Ю.А. Романова, Е.М. Рабиновича, В.Ф. Рыбаченко были созданы и испытаны специальные ядерные заряды с уникальными характеристиками по широкому спектру поражающих факторов ядерного взрыва, в том числе и с существенно более высоким удельным выходом нейтронов на единицу энерговыделения по сравнению с обычными ядерными зарядами (т.н. "нейтронные" боезаряды). От конструкторов этими разработками руководили Е.Д. Яковлев и В.Д. Харькин (КБ-1 ВНИИЭФ). В числе созданных таким образом зарядов находится и специальный ядерный заряд АА-84 для противоракеты 53Т6 (по ряду данных, мощность изделия - 10 кт). Боеприпас для данного ядерного заряда и соответствующие системы автоматики были созданы в КБ-2 ВНИИЭФ под руководством С.Г. Кочарянца. Следует отметить, что в интересах разработки зарядов для ПРО и ПВО страны было проведено более 50 ядерных испытаний и был наработан уникальный научно-технический потенциал, который и до сего времени является базой, как конструирования новых термоядерных зарядов, так и тестирования интенсивно развивающихся математических методов моделирования. Испытания ядерных БЧ противоракет 53Т6 проводились на Семипалатинском полигоне, на спецобъекте "108-к", где находились испытательные штольни для ВНИИЭФ и ВНИИТФ. Вместе с тем в 1989-1990 гг. в рамках программы «Самолет-М» проводились испытания ПР и с неядерной осколочно-фугасной ГЧ направленного типа. Базирование противоракет - групповое (группа состоит из 12 или 16 ШПУ, расположенных в нескольких десятках метров друг от друга) в шахтных ПУ разработки ГСКБ "Спецмаш" под руководством В.Бармина (разработка начата в декабре 1971 г.), в стеклопластиковых ТПК (см. предполагаемую схему) . Защитное устройство ШПУ раздвижного типа, массой 25 т, из 2 частей (см. фото1, фото2) . По некоторым сведениям, скорость отстрела крышки ШПУ - 0,4 с. Создание ШПУ для данных ПР было трудным заданием - необходимо было обеспечить выход стартующей ПР из шахты в течение одной секунды после получения команды на пуск. Это осуществлялось благодаря: высокой тяговооруженности ракеты, во много раз превосходящей тяговооруженность МБР аналогичного класса; обеспечением раскрытия защитного устройства (крыши) шахты, имеющего значительную массу, за доли секунды, и выдачи сигнала об этом в систему управления пуском ПР; созданием системы температурно-влажностного режима в стволе шахты для обеспечения длительного хранения ТПК с твердотопливной ПР и спецзарядом. ТПК в ШПУ амортизирован. Строительство ШПУ начато на позициях под Москвой в 1980 г. С 1982 г. велся монтаж оборудования, предварительная готовность - 1985 г. Транспортировка и хранение противоракеты в ШПУ осуществляется в транспортно-пусковом контейнере, в котором производятся все технологические работы по проверке противоракет на технической позиции, хранение противоракет на технической и в ШПУ, транспортировка и старт противоракет. ТПК герметичен. Внутри него поддерживаются необходимые температура, давление и влажность, что позволяет длительное время хранить противоракету на открытом воздухе, в вертикальном и горизонтальном положении. При транспортировке и хранении ТПК с обоих торцов закрывается специальными крышками, что позволяет при транспортировке использовать для обогрева ракеты в ТПК систему термообогрева, подключаемую к транспортеру. При установке в ШПУ крышки снимаются. Старт противоракеты производится из закрытого ТПК, для чего он в передней части закрыт специальным резиновым колпаком, а с задней – резиновым дном. При старте противоракеты передний колпак и дно ТПК прорываются одновременно соответственно носком противоракеты и газовой струей двигателя. Автоматические контрольно-испытательные станции проверки противоракет 51Т6 и 53Т6 (АКИПС) произведены ДМЗ. Для транспортировки ТПК с ракетой и установки ТПК на заряжающую машину используется транспортная машина 5Т93 на шасси МАЗ-543М. Машина оборудована системой подогрева ракеты для зимнего времени года (см. фото). Существует как минимум два варианта машины 5Т93. Для установки ТПК в пусковую шахту применяется транспортно-заряжающая машина 5Т92 на шасси МАЗ-543М и автоматизированная контрольно-испытательная подвижная станция противоракет 23Д6. По западным данным, к 1990 г. велись НИОКР по созданию мобильной модификации ПРС-1М/53Т6М (Главный конструктор - П.И. Камнев) с ПУ на базе 6-осного шасси МАЗ-547 аналогичного ПУ БРСД "Пионер". Существуют предположения (основанные на особых условиях Договора о ПРО 1972 г., наличии ТПК, габаритах ракеты), что разрабатывалась шахтная пусковая установка ракет 53Т6 с перезаряжанием шахты барабанного типа - для многократного использования шахты и повышения боевой производительности системы.
Источники:
|
||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
https://aftershock.news/?q=node/368083&full«ДОН-2Н»: Что находится внутри Софринской пирамиды?12.9K 20:32 - 28/Янв/16 Улучшенный
аккаунтPavelCVРоссия Как только не называют это инопланетного вида строение в подмосковном Софрино: и большой микроволновкой, которая, кстати, способна вскипятить кровь, и зиккуратом, который окружен тайнами, и восьмым чудом света, напичканным секретными технологиями. Но суть у РЛС «Дон-2Н» по большому счету одна: станция является ключевым звеном в противоракетной обороне Москвы. Анастасия Воскресенская прошлась по коридорам пирамиды и попыталась разобраться, как работает знаменитая РЛС. Радиолокационная станция «Дон-2Н» — центральный и наиболее сложный элемент системы ПРО Москвы. Она находится на постоянном боевом дежурстве, в готовности в любой момент отразить удар противника. Уникальность данной РЛС заключается в ее универсальности и многофункциональности: «Дон-2Н» решает задачи обнаружения баллистических целей, их сопровождения, селекции, измерения координат и наведения на них противоракет. Система противоракетной обороны А-135 «Амур», или как ее еще называют — «щит Москвы» — была поставлена на дежурство в 1995 году и в боевых условиях не применялась ни разу. Однако ее противоракеты ежегодно тестируются во время учений на военном полигоне Сары-Шаган в Казахстане. Но испытания на практике все же были. Часто в прессе рассказывается о совместном российско-американском эксперименте ODERACS, когда была поставлена задача обнаружить малоразмерные объекты — сферы диаметром 5, 10 и 15 сантиметров. Металлические шары-мишени выбрасывались с американского шаттла Discovery в космосе, а самые мощные в мире радары пытались их засечь. Пятнадцатисантиметровые сферы обнаружили все. Шары диаметром в 10 сантиметров увидели только три радара: два российских и американская РЛС COBRA DANE на Аляске. А вот два пятисантиметровых шарика с расстояния 500–800 километров обнаружил только подмосковный «Дон-2Н». Максимальная же высота обнаружения целей у «Дона» — 40000 километров! Что касается габаритов РЛС, то они тоже впечатляют: огромная усеченная пирамида шириной 140 метров по нижнему краю, 100 по верхнему и высотой сорок метров. Человек рядом с ней кажется совсем крошечным. На строительство станции ушло 32 тысячи тонн металла, 50 тысяч тонн бетона, 20 тысяч километров кабеля, сотни километров трубопроводов и 10 тысяч чугунных задвижек к ним — для охлаждения аппаратуры требуется огромное количество воды. Большая часть объектов РЛС — секретна. Но что-то нам все же удалось посмотреть. Так, военные показали один из четырех передающих антенных павильонов«Дон-2Н». Это фазированная антенная решетка, в которую вставлены передающие модули. Именно здесь, в этих модулях, происходит усиление излучения зондирующих импульсов в заданные координаты пространства. Длина модуля — около восьми метров, вес — около трех тонн. Мощность импульса на выходе достигает 2,7 МВт. Общая выходная мощность — около 200 МВт. Электропитание передающих секций — 10000 вольт. В каждой секции имеется система автономного пожаротушения. Кроме того, снаружи есть две системы водяного пожаротушения — лафетная и дренчерная. Если необходимо произвести замену передающей секции (при выходе ее из строя или для технического обслуживания), то это осуществляется с помощью специального подъемно-транспортного устройства. С его помощью возможно извлечь секции из любого посадочного места антенного полотна и заменить их на новые. Замена одной секции и доставка ее в зал ремонта занимает около часа. Для охлаждения передающих секций используются водяные контуры. А для нормальной работы передающих секций применяется сжатый воздух. Работой подъемника руководит оператор антенно-фидерных систем. Замена модулей это очень высокоточная операция, требующая определенных практических навыков и теоретических знаний. Ее можно сравнить условно со стыковкой к Международной космической станции. Передающая антенна излучает в пространство мощный сигнал — свыше 200–250 МВт излучения в импульсе. Это огромная мощность, но она необходима для того, чтобы обеспечить обнаружение малоразмерных элементов в сложных баллистических целях, таких, как боевые блоки. Они имеют очень маленькую поверхность рассеяния и маленькую отражательную способность. Помимо передающих антенн «Дон-2Н» оснащен полотном, которое принимает отраженный от цели сигнал. С внешней стороны радиолокационной станции передающая антенна выглядит как большой квадрат, а принимающее полотно — как круг. Во время работы РЛС находиться рядом с ней категорически запрещено. Все дело в излучении. Военные говорят, что по принципу работы «Дон-2Н» — это огромная микроволновка. Правда, «разогрев» происходит не внутри, а снаружи — там, куда попадает излучатель. Внутри же находиться безопасно. Для тех, кто оказался снаружи, сооружены специальные железные щиты — заслонки, препятствующие излучению. За десять минут до включения РЛС срабатывает сигнал тревоги и у личного состава есть возможность покинуть территорию. Безопасным считается расстояние от одного километра. К тому же, под землей есть специальный тоннель, по которому можно покинуть «Дон-2Н». Вся система ПРО Москвы — автоматическая. От момента обнаружения баллистических ракет противника в полете весь боевой цикл проводится без участия человека. Личный состав необходим для контроля и поддержания постоянной боевой готовности средств системы. Но нужно понимать, что «Дон-2Н» это сложная техническая система и наличие здесь персонала с высшим образованием — необходимость. В основном это офицеры, которые несут дежурство на своих рабочих местах. Безусловно, основные задачи выполняют военнослужащие по контракту. Но для обслуживания РЛС привлекаются и бойцы срочной службы. Они решают вспомогательные задачи. После того, как цель обнаружена, рассчитывается траектория. Это может быть и объект в ближнем космосе, и баллистическая цель. Разница в том, что последняя имеет точку падения, которая рассчитывается алгоритмами системы. В зависимости от точки падения принимается решение-либо перехват цели, либо ее сопровождение. Стоит отметить, что после запуска ракеты образуется так называемая «сложная баллистическая цель», состоящая из различных объектов, включая несколько боевых блоков и значительное количество разного типа ложных целей, которые должны серьезно затруднить действия нашей ПРО. Но существующие алгоритмы селекции боевых блоков позволяют решить эту задачу и тем самым сократить расход ракет-перехватчиков. По словам военных, противоракетный бой очень скоротечен. Система в доли секунды определяет, какие боевые блоки летят, какой противоракетой их нужно уничтожить. Если бы этот бой попробовал комментировать человек, то он бы просто не успел. Командный пункт предназначен для централизованного управления всеми средствами системы ПРО и для организации боевых действий при обнаружении баллистических ракет противника в полете. Здесь есть все необходимое — система коллективного пользования, система индивидуального пользования, все виды связи, включая правительственную. Пункт позволяет решать стратегические задачи по прикрытию Москвы и ряда объектов московского региона. На экране отображается процесс обнаружения космических целей в заданном секторе. Желтым цветом обозначены зоны поиска, фиолетовым — траектории движения объектов, военные называют их «цели». Объект, двигающийся по баллистической траектории, был бы окрашен в красный цвет. Помимо основных своих задач система ПРО решает задачи в интересах других взаимодействующих систем. Это и система предупреждение о ракетном нападении (СПРН), и система контроля космического пространства (СККП) — все работы по сопровождению важных космических объектов также осуществляются здесь. По словам начальника отделения боевых алгоритмов и программ соединения противоракетной обороны полковника Ильгара Тагиева, система ПРО Москвы модернизируется непрерывно с того момента, как она поставлена на боевое дежурство. Ожидается, что в ближайшее время на вооружение примут новую систему, которая будет обладать более расширенными возможностями. Когда принимается решение о поражении сопровождаемых баллистических целей, на стартовую позицию передается команда «пуск». На назначенную противоракету ближнего перехвата передается сигнал «на старт». Нам продемонстрировали элементы обслуживания стартовой позиции. А именно -выдвижение подвижных средств для стыковки установочной машины с пусковой шахтой. Техническое обслуживание противоракеты — необходимость. «Изделие» — так официально называют ракеты ближнего перехвата военные — достают и перевозят для проверки, проходящей «с установленной периодичностью». Каждая противоракета проходит тройной контроль. Ракету нам, естественно, не показали. Зато рассказали, что в шахтах установлены противоракеты 53Т6 (ПРС-1) (по классификации НАТО — ABM-3A GAZELLE) с мощностью ядерной боевой части 10 килотонн. Длина данной ракеты, по данным из открытых источников, достигает 12 метров, масса — около 10 тонн, максимальная дальность поражения, по разным данным, — от 50 до 100 километров, высота поражения — до 45 километров, а скорость — 5,5 км/c. «Газель», по словам военных, — «быстрее пули», оттого, наверное, и получила на Западе такое название. Вокруг Москвы установлено 68 шахт со стоящими на постоянном боевом дежурстве противоракетами 53Т6. Они и образуют тот самый «противоракетный щит Москвы». Автор: Анастасия
Воскресенская http://defendingrussia.ru/a/stancija_don2n-4964/ Добавлю информативности: Предназначена для обнаружения баллистических ракет, их сопровождения, измерения координат, анализа состава сложных целей и наведения противоракет. Дон-2Н (по кодификации НАТО «Pill Box») — стационарная многофункциональная радиолокационная станция кругового обзора сантиметрового диапазона с фазированной антенной решёткой, созданная в рамках выполнения задач ПРО Москвы. Данная РЛС представляет собой четырёхгранную усеченную пирамиду высотой 33—35 м, длиной сторон 130—144 м у основания и 90—100 м по кровле с неподвижными крупноапертурными активными фазированными антенными решётками диаметром 18 м (приёмными и передающими) на каждой из четырёх граней с зоной обзора во всей верхней полусфере. Функционирование РЛС обеспечивается входящим в её состав вычислительным комплексом производительностью до миллиарда операций в секунду, построенном на основе четырёх суперкомпьютеров Эльбрус-2 (разработка ИТМиВТ, главный конструктор — В. С. Бурцев). Единственная действующая станция такого типа расположена вблизи посёлка городского типа Софрино-1 в Пушкинском районе (Московская область). Опытный образец станции Дон-2НП (по кодификации НАТО «Horse Leg») был развернут на полигоне «А» в Сары-Шагане (Казахстан). Станция «Дон-2Н» уникальна и не имеет аналогов в мире. В ходе проведённого в 1996 году эксперимента «Одеракс» только она смогла обнаружить и построить траекторию малого космического объекта диаметром 5 см на расстоянии 1500—2000 км. История создания История радиолокатора уходит в начало 1963 года, когда в радиотехническом институте была создана лаборатория по разработке станции на базе ЦСО-С. Лаборатория приступила к разработкам, выбрав дециметровый диапазон. Спустя несколько месяцев заведующий лабораторией понял, что дециметровая станция не сможет обеспечить высокую точность обнаружения баллистических целей, и выступил с предожением о разработке сантиметровой приставки. В начале 1964 года началась работа над проектом приставки диапазона 7,5 см – прообразом будущего радиолокатора «Дон-2Н». Вскоре стало ясно, что создавать нужно не приставку, а совершенно новый локатор. Было разработано пять различных вариантов станции, но ни один из них не был рекомендован к производству. В феврале 1966 года был предложен к разработке аванпроект «Дон», включавший в себя разработку двух станций – дециметровой и сантиметровой. При этом дециметровая станция создавалась в двух вариантах – в полном объеме наземных средств и в виде корабельного боевого варианта с целью приближения станции к ракетным базам вероятного противника. Сантиметровая станция должна была как осуществлять обнаружение баллистических ракет, так и наведение на них противоракет и иметь сектор 90 градусов. Для кругового обзора требовалось строительство четырех РЛС. Стоимость этого проекта составляла около 2 миллиардов рублей, однако, было принято решение построить опытный образец на Балхашском полигоне. В 1968 году был выпущен эскизный проект сантиметровой станции «Дон». С этого момента в Радиотехническом институте были прекращены работы над средствами дециметрового диапазона и продолжены работы над станциями метрового диапазона для СПРН и сантиметрового диапазона для противоракетной обороны (ПРО). В 1969 году был издан приказ, в соответствии с которым в РТИ началась разработка аванпроекта РЛС «Дон-Н» для перспективной системы противоракетной обороны Москвы. Уже на первом этапе разработки необходимо было добиться очень высоких характеристик. В те годы элементная база не позволяла решить задачу обнаружения и точного траекторного сопровождения сложных баллистических целей на дальности 1500-2000 км. Постепенно подавляющее большинство специалистов пришли к мнению, что новаЯ система ПРО должна иметь в своем составе как противоракеты дальнего, так и противоракеты ближнего перехвата. Стоимость локатора была очень высокой, поэтому наилучшим вариантом был вариант совмещения в нем функций двух типов противоракет, что позволило бы отказаться от строительства других локаторов. В июне 1972 года комиссия Минрадиопрома приняла окончательное решение о реализации проекта «Дон-Н». В радиолокатор были заложены характеристики на пределе возможностей. В частности, для цифровой обработки сигналов требовалась фантастическая по тем временам производительность. Поэтому одновременно с работой по созданию станции велись работы над спецвычислителем. В 1973 году под руководством Виктора Карловича Слоки был разработан эскизный проект, содержавший материалы по опытному сокращенному образцу и по основному образцу радиолокатора, получившего к этому времени название «Дон-2Н». Он представлял собой четырехгранную усеченную пирамиду с неподвижными фазированными антенными решетками (ФАР) и зоной обзора во всей верхней полусфере. С 1974 по 1976 год был разработан ряд дополнений к эскизному проекту с учетом новых требований к системе ПРО Москвы. Прежде всего, дополнения коснулись обработки сигналов. В дополнительных материалах к эскизному проекту предусматривалась цифровая обработка для всех используемых сигналов. Немало внимания при разработке новой станции уделялось ее структурному построению. Высокие энергетические характеристики, большая зона действия, многофункциональное применение и необходимость использования крупноапертурных ФАР привели к огромному объему аппаратурного комплекса. Станция насчитывала более тысячи единиц шкафной аппаратуры, сотни тысяч излучателей ФАР с соответствующими спецконструкциями. В схеме деления МРЛС предусматривалось пять аппаратурных частей с модульным построением и использование унифицированной аппаратуры управления. В аппаратуре МРЛС было реализовано немало оригинальных технических решений. В 1978 году под городом Софрино началось строительство станции. С 1980 по 1987 годы проводились работы по установке, монтажу и наладке оборудования. В 1989 году станция была поставлена на боевое дежурство. Уникальные возможности МРЛС "Дон-2Н" были наглядно продемонстрированы результатами работы в международном эксперименте по обнаружению малоразмерных космических объектов, проводимом по программе "ОДЕРАКС", в ходе которого с КК "Шаттл" в открытый космос были выброшены микроспутники - металлические шары диаметром 5,10 и 15 сантиметров. МРЛС "Дон-2Н" - единственная из всех, привлекаемых в мире радиолокационных средств, смогла обнаружить и построить траекторию самого малого космического объекта-шарика диаметром 2 дюйма (5 см). Особенности:
|
